Как вырастить ребенка счастливым. Принцип преемственности — Жан Ледлофф

Ж. Ледлофф провела два с половиной года в племенах южноамериканских индейцев екуана, представляющих традиционное общество, где в отношениях между взрослыми и детьми царит гармония, которой так не хватает в цивилизованном обществе. Ж.Ледлофф пришла к выводу, что если мы будем обращаться с детьми в первые годы их жизни так, как это делали наши предки на протяжении тысячелетий, наши малыши будут спокойными и счастливыми.

Эта книга о том, как важно, воспитывая ребенка, прислушиваться к собственной интуиции, а не к советам «экспертов» в области ухода за детьми.

Говоря о гармонии, автор имеет в виду прочность связи между детьми и родителями, естественное следование ребенка за теми, кто о нем заботится, о его послушании.

Огромная часть этой книги посвящена важности того опыта, который ребенок получает сразу после рождения, и влиянию этого опыта на мироощущение ребенка: каким ребенок видит мир и маму, ощущает он этот мир надежным и безопасным, либо пугающим и тревожащим.

В книге:

— почти с фотографичной точностью показаны ощущения ребенка, который плачет один в своей кроватке, рассматривая потолок, и не получает внимания от родителей;

— подчеркивается важность грудного вскармливания, раскрывается смысл и польза ношения ребенка на руках до тех пор, пока он выражает такую потребность;

— обосновывается необходимость совместного сна. 

Автор очень красочно рассказывает об ощущениях ребенка, получающего негативный опыт в этих сферах и о влиянии такого опыта на формирование его личности, на отношения с внешним миром. По наблюдениям автора, дети, чьи родители придерживаются этих принципов, растут спокойными, уверенными, слушают родителей, чувствуют границы своих возможностей, им легче понимать свои эмоции и легче с ними справляться.

Книга будет особенно полезна родителям малышей и тем, кто готовится стать родителями. Родителям подрастающих деток книга поможет взглянуть на опыт своих детей их же глазами, понять, какое влияние этот опыт оказал на их отношения и на личность самого ребенка.

Как сделать так, чтобы ребенок тебя услышал?

Наш ребенок — замечательный 2-ухлетний малыш. Временами послушный, временами не очень. Вопрос вот какой. Последнее время, когда мы забираем его из сада, ему хочется баловаться, но никак не одеваться. Если дать ему время побаловаться (не принимая участия), то одеть ребенка можно через минут 15-20. Если баловаться вместе с ним, то процесс одевания удлиняется (можем играться 30 минут и больше). Объяснения и уговоры не помогают. Ребенок знает, что чем быстрее он оденеться, тем быстрее он попадет в бассейн или в игровой центр, который он так любит. Он понимает, что мы поедем играть и развлекаться, но, тем не менее, одеваться не хочет. А если попытася остановить его забег по раздевалке, начинается истерика и отказ от любых предложений. Так как 20 минут на переодевание у родителей есть не всегда, что сделать, чтобы ребенок услышал и послушал родителя?

Чем полезен раздел «Вопросы и ответы»?

Здесь вы можете задать волнующий вас вопрос и получить ответы от участников сообщества. Вы можете комментировать вопросы участников, а также голосовать за них, если они кажутся вам важными.

Для того, чтобы проголосовать за вопрос, необходимо нажать на значок "+". Если рейтинг вопроса достигнет 50-ти единиц, мы напишем на него развернутый ответ в виде статьи.

Оставайтесь на связи!

Как любовь формирует мозг ребенка? — Сью Герхардт

В книге объясняется, почему любовь так необходима для развития мозга в первые годы жизни ребенка, как теплые поддерживающие отношения способствуют установлению «здорового» уровня кортизола — гормона стресса. 

В книге подробно описаны процессы, происходящие в мозгу и гормональной системе человека в ответ на стресс. Автор очень много места отводит объяснению того, почему именно первые годы жизни ребенка так важны: именно в это время устанавливается «базовый» уровень кортизола, который непосредственным образом влияет на то, как человек будет справляться со стрессом всю последующую жизнь. В книге рассматриваются специфические ранние образцы реагирования, которые в дальнейшем могут повлиять на наши способы восприятия стресса, а также на возникновение таких состояний, как анорексия, зависимости разного рода и антисоциальное поведение.

Книга изобилует примерами и историями, в том числе и из практики автора, которые иллюстрируют развитие людей, имевших негативный опыт в детстве, и помогают понять влияние этого опыта на их дальнейшую жизнь.

Особая ценность книги заключается в том, что в ней в доступной читателю форме объясняются результаты различных исследований, обобщаются медицинские выводы, позволяющие родителям глубже понять то, как работает психика ребенка.

Несмотря на сложность некоторых частей книги, это — живая и доступная интерпретация последних исследований в области нейрологии, физиологии, психоанализа и биохимии. Она будет очень ценна для родителей и специалистов, работающих в области ухода за детьми.

Не упускайте своих детей — Гордон Ньюфелд и Габор Матэ

Психотерапевт Гордон Ньюфелд и врач Габор Матэ пишут о таком плохо изученном феномене детско-родительских отношений, как замещение привязанности к родителям привязанностью к ровесникам. Авторы считают эту тенденцию одной из самых разрушительных и неправильно понимаемых в современном обществе. Они показывают, как и почему дети постепенно теряют с нами контакт, и как потеря этого контакта негативно влияет на их психоэмоциональное развитие.

Книга написана в рамках психологии развития, которая собрала воедино пазл, состоящий из работ различных психологов, изучавших отдельные аспекты человеческой психики, базируется на современных нейроислледованиях, позволяет увидеть механизмы работы детской психики и развития детей целиком.

В ней раскрываются такие проблемные моменты, как агрессивное поведение, буллинг, непослушание. Много внимания уделяется важности эмоций и слез. Подробно рассказывается о причинах, признаках и последствиях застревания в развитии, а также о том, как помочь ребенку преодолеть такое застревание.

Книга будет полезна родителям детей любого возраста — от малышей до подростков, психологам, а также всем, кто по роду деятельности заботится о детях.

Книгу можно приобрести здесь (редакция сайта не имеет финансовой заинтересованности)

Подарки детям своими руками

Сразу стоит признаться, что мы в своей семье довольно спокойно относимся к празднику «День рождения». Причём, чем старше становимся, тем больше задумываемся, чей же это всё-таки праздник: именинника или его родителей?

Но как бы там ни было, для большинства детей этот день преподносится как нечто невероятное: придут гости, принесут подарки и всё будет как-то по-особенному, а не так, как вчера или завтра. У нас есть племянница. Когда приближался праздник «3 годика» мы прекрасно знали, что подарок и присутствие не обязательны, но мы всё же решили съездить (ерунда, что это был январь и ехать сотни километров). Возраст уже приближался тот, когда ребёнку были интересны числа и буквы, соответственно начали мы изучать интернет на предмет покупки «полезного» подарка. Искали-искали, долго искали, на белорусских сайтах не нашли, начали искать на российских — всё глухо. То примитивно, то материал нам не нравится, то убого выполнено изделие… В общем, посидели, подумали и решили смастерить самостоятельно!

Для начала заготовили ветки клёна и берёзы диаметром 5-6 см (в последствие от клёна отказались — он растрескался).

Напилили кругленьких фишек (около 65 штук).

Круглые фишки

Далее высушили и зачистили наждачкой (можно на шлифавальном круге).

Сушим и зачищаем

Обычной гуашью на одной стороне написали буквы русского алфавита + буквы из белорусского (і, ', Ў), причём, чтобы было интереснее, все буквы разделили на 4 категории и написали их разными цветами. Почти весь алфавит продублировали, чтобы можно было составлять слова. На обратной стороне написали числа и знаки сложения, вычитания, умножения и т.д.

Рисуем алфавит

Всё это покрыли прозрачным матовым лаком.

Покрываем лаком

Сложили в коробочку, завязали бантиком и счастливые поехали в гости! Должны сказать, что удовольствие от такого подарка мы, наверное, получили больше, чем сам ребёнок, т.к. интерес к алфавиту и числам только начинался. После всего этого пришли к выводу, что и дальше будем стараться строить, мастерить и творить своими руками, так как это гораздо приятнее, чем просто пойти и купить подарок в магазине. И пусть на подарки своими руками уходит больше времени, чем на поход в магазин. Я думаю, дети всё же оценят и почувствуют теплоту и любовь, заложенную в ваше творчество!

Обратная сторона социализации

«А что ты смотришь на других?», «Ну и что, что Маша так делает, это же не значит, что надо во всем повторять!», «Имей свою голову на плечах!» — я очень часто слышала от родителей подобные фразы, когда была подростком. Думаю, они шаблонны и скорее всего их в разной интерпретации слышали многие мои ровесники. Своей головы тогда не было. А если и была иногда, то где-то далеко, не смеющая и носа высунуть.

Сейчас, повзрослев и поумнев, воспитывая уже своего ребенка, я стала задумываться – а почему так? Где голова потерялась? Родители любили, воспитывали, все делали по тогдашним меркам правильно. Дочкой я была хорошей: отличница в средней и музыкальной школах, маме помогала, где попало не шастала (во всяком случае, родители об этом не знали).

Если присмотреться к тому, как текло мое детство (а я типичный представитель своего поколения), то становится ясным, что красной нитью сквозь него проходит принцип: смотри за другими и повторяй. Рано в сад, все лепят куличи – и ты лепи, все слушают сказку – и ты слушай, все гуськом с прогулки – и ты гуськом. «Посмотри Машенька уже буквы знает – а ты еще не знаешь, давай-ка учи», «А Настя ходит на танцы, давай и тебя на танцы сводим», «А у Светы пятерки по всем предметам за четверть, а почему у тебя не пятерки?». Очень часто, гораздо чаще, чем может показаться, вопрос не в том, нравятся ли тебе танцы и хочется ли ходить на кружки, и не в том, что нужно стремиться к знаниям и получать пятерки, и не в том, что уметь читать – это здорово, а в том, что кто-то уже «да», а ты еще «нет».

Этот ориентир на кого-то прививается с самого малолетства. Может быть, это начинается, когда мама сравнивает своего ползающего с соседским умеющим ходить, а потом – кто больше скушает, а потом – кто уже научился с горки съезжать, а кто нет. И тут тоже дело не в том, что мама про себя сравнивает, а в том, что очень часто это преподносится ребенку как недотягивание до кого-то. То есть, фактически: ты еще этого не умеешь, а кто-то умеет, и тебе нужно равняться на этого кого-то.

Ребенок никак не фильтрует такие родительские слова, он не относится к ним критически. Он просто принимает их как принцип, по которому нужно жить. Мы с раннего детства называем Петю Петей – вот он и знает, что он Петя. Утрирую, но здесь то же самое: такое «равняйся на других» становится частью его мировоззрения. И если до садика ему повезло и родители не усердствовали, сравнивая и ориентируя его на других, то в садике это наверстают: думаете, почему в саду дети быстрее учатся разным бытовым навыкам, вежливому поведению и прочему? Потому что все уже «да», а ты еще «нет», что, соответственно заставляет чувствовать себя «недо», и ты изо всех сил стараешься это наверстать. А потом школа, о цвете конкуренции и сравнивании одного с другим в которой нет смысла лишний раз говорить.

Если задуматься, то станет ясным: с того возраста, когда родители отдают ребенка в сад на полный день, большую часть своей жизни он начинает проводить в среде себе подобных и ориентация на тех, кто его окружает, расцветает в полную мощь. С кем больше времени детки проводят в саду: с воспитателем или с детьми? Да, взрослый всегда присутствует, но физически его не хватает на то, чтоб дать каждому ребенку столько адресного внимания, чтобы ориентир на сверстников качнулся в другую сторону — на взрослого. В учреждениях образования нет условий для того, чтобы у ребенка было достаточно времени и пространства развивать свою индивидуальность.

И с какой стати, скажем, у 15-летнего мальчугана будет своя голова, если лет эдак с двух его всячески мотивировали ориентироваться на тех, кто его окружает. Если эта ориентация на других – не прихоть и не привычка, а образ жизни. Как все – так и ты. Этот принцип, который так явно пропагандируется многими родителями в раннем детстве, воспитателями в саду, учителями в школе, волшебным образом переворачивается с ног на голову, когда ребенок взрослеет. Оказывается, от него ждут обратного. А где ему это обратное взять?

Не сомневайтесь, любой мальчишка из благополучной семьи скажет, что воровать – плохо. Но если три его друга решат украсть в магазине шоколадку, где ему взять сил противостоять «социуму», если такого опыта у него нет? Если с самого раннего детства его всячески подталкивали повторять за вот этими же тремя и ни в чем не отставать? Если они должны были рисовать одинаковое солнышко на изо, когда им хотелось вычитать в столбик, и им пришлось с этим сжиться? Если с двух-трех летнего возраста возможно эти же трое занимали в его жизни большую часть, чем взрослые?

Это все очень печально. Маленьким детям нужно в первую очередь время для того, чтобы в мозгу созрели соответствующие структуры, которые позволят им сохранить свою индивидуальность в «толпе». Им нужно, чтобы к тому времени, когда мозг будет готов «социализироваться» и при этом сохранять свое Я, в его мировоззрении не было бы этого принципа «сравни себя с другими и делай как они».

Социализироваться в том смысле, который обычно вкладывают в это слово, не очень то и сложно — играй вместе, не дерись, умей договариваться, свои желания ставь позади интересов коллектива и т.д. Мое поколение в этом смысле очень преуспело. Но социализироваться и при этом не потерять свою индивидуальность, иметь свою голову – это роскошь. Даже сейчас, когда поколение выросло, «своя голова» роскошью так и осталась. Нам сложно понять, чего мы хотим, где наши мысли, где наши желания, где наша точка зрения, а где – мысли, желания и точки зрения нашей «среды обитания». Нам сложно сказать нет, сложно пойти против сообщества, сложно выделиться, потому что это пугает, это ново, это не то, чему нас всегда учили.

Все эти мысли подталкивают меня к следующему выводу: коль вышло так, что система обрабатывает всех без разбора под одну гребенку, и эта гребенка не подразумевает хоть какого-нибудь поощрения индивидуальности, то эта задача переходит в зону родительской ответственности. А родители в этом контексте могут не так уж и много (что не упрощает задачи, впрочем): не ориентировать ребенка на других и уберечь его от системы на столько долго, насколько им это по силам.

Казалось, он просто крутится рядом, или как учатся дети

Я хочу показать вам две фотографии

На первой, в начале поста – июль. Мы на море. Наслаждаемся общением друг с другом и атмосферой отдыха. Женя полон новых впечатлений, исследует все вокруг. В это утро я болтала с другой мамой на пляже, а Женя, как мне казалось, просто крутился под ногами. Сначала он подошел и рассказал мне, что палка не стоит сама в песке. Я просто озвучила: «Палочка не стоит, а тебе хочется, чтобы она сама стояла». Следующие несколько минут я особо не обращала внимания на его деятельность, пока он не подошел и не сказал гордо, что теперь палка сама стоит. Я бросила взгляд и обомлела.

Теперь я покажу вторую фотографию

Папа строит

На ней – начало мая, мы уехали семьей на дачу, где наш папа мастерил спортивный комплекс. А Женя, как нам казалось, просто крутился рядом. Ему не объясняли как-то по-особенному, что именно так нужно укрепить палку в бетоне. И впоследствии мы это не обсуждали. К сожалению, у меня нет фотографии начальной конструкции, но она выглядела точь в точь так, как сложил камни и пальмовую кору на пляже наш сын: трубу со всех сторон подпирали кирпичи. Что формально я вижу: перед сыном стояла задача. Он без каких либо советов проанализировал свой опыт, нашел решение, реализовал его и разделил со мной радость этого достижения. Ему два с половиной года. Он побродил вокруг и нашел тот материал, который был ему нужен. И он был непередаваемо горд тем, что он САМ это сделал!

Позже, когда он уснул, я задумалась о том, кому и зачем нужны развивающие кружки и садики (их часто характеризуют как отличное место для обучения и развития). О том, зачем учить двух-трехлетку числам и буквам, и многому другому. О том, так ли велика, как ее пропагандируют, ценность расставленных по стеллажам пособий Монтессори и множества разнообразных развивающих игрушек, которые сейчас в моде. Эта на первый взгляд незатейливая ситуация еще раз напомнила мне о том, как развивается ребенок в комфортной для него психологической среде.

В сущности, малышу достаточно просто быть частью нашей жизни, и если в это время его мозг не занят проблемами наших отношений, если он ощущает примерно следующее: «Мне хорошо. Я любим. И буду любим, что бы не случилось. И этой связи ничто не угрожает, и ничто не разрушит ее. Меня ничто не тревожит. Пойду-ка я поизучаю мир», — он будет развиваться, запоминать, воспроизводить, дерзать и прыгать выше головы просто между делом. А позже тем же днем я ужинала в ресторане, в это время Женя с какой-то маленькой девочкой бегал вокруг. Казалось, он просто крутился рядом. В какой-то момент я заметила, что эта девочка настойчиво предлагает ему картошку фри и кетчуп, кушает их сама. А Женя отказывается. Он не видел, что я подсматриваю, но знал, что не разрешаю...

Просто быть рядом. Вместе. И больше ничего не нужно.

Я помогу тебе

До недавнего времени я пыталась контролировать полностью жизнь Платона, впускала трудности на том уровне, на котором я считала нужным.

С одной стороны — так и должно быть по отношению к ребенку, с другой — в его и моей жизни случаются события, повлиять на которые не могу ни я, ни он. Но самое интересное где-то между, когда вроде бы я могу сделать так, чтобы всем было легче, но мои усилия терпят фиаско.

Например, я знаю, если Платон не поест, то настроение у него будет, мягко говоря, «не очень». Едок он у меня еще тот, поэтому накормить его — задача непростая. С ложкой за ним не бегаю, под мультики не кормлю, но бывают дни, когда он может питаться исключительно яблоками и, конечно, нервозность повышается у всех. И вот отпустить эту нервозность мне было непросто… Ну почему? Вот еда, ты голодный, покушай и всем станет хорошо. И такие пограничные ситуации встречаются в нашей жизни повсеместно. Я же пыталась собой перекрывать такие моменты, уговаривать, настаивать, пробовать, пытаться… Скажу, что моя спина не выдержала таких усилий в прямом смысле. Да, я являюсь ответственным за своего ребенка взрослым, но где та грань, которая показывает, что все, дальше ты уже не в силах повлиять на ситуацию?

Прийти к ответу помог случай. Платон дико не любит чистить зубы, вернее, когда я их чищу, он соглашается, но каждый раз с сопротивлением и нажимом с моей стороны. И вот, в какой-то вечер подходит время сна, мы стоим возле умывальника и я говорю: «Платош, у тебя уже очень хорошо получается чистить зубки, но не все. И пока ты еще не научился чистить глубоко, мама тебе поможет!» У ребенка округлились глаза и он ответил: «Да, я еще маленький», – и спокойно дал дочистить все зубы.

Я не могу...

Я не могу сделать так, чтобы ты никогда не упал и не разбил коленку или руку, но я помогу тебе облегчить боль, я подую на ранку, я обработаю ее, я заклею порез пластырем, я быстро-быстро поглажу голову в ушибленном месте...

Я не могу сделать так, чтобы у тебя получилось быстро и легко заснуть, но я помогу тебе, я поглажу тебя по спинке, я спою тебе песню, я покачаю тебя на фитболе, чтобы сон пришел быстрее и тебе не пришлось «укачивать» себя самому...

Я не могу сделать так, чтобы все игрушки, которые ты видишь, оказались в твоей комнате, но я помогу тебе выплакать эту несправедливость в своих любящих руках...

Я не могу сделать так, чтобы твой друг передумал и взял тебя за руку на прогулке, но я помогу тебе, разрешу позлиться на то, что твой трепетный порыв не был принят и предложу свою руку...

Я не могу сделать так, чтобы у тебя всегда было хорошее настроение, но я помогу тебе и буду рядом, чтобы ты смог выпустить из себя накопившееся перевозбуждение...

Этот список можно продолжать, и основная мысль очень простая, но во мне она была спрятана очень глубоко. Я не могу сделать так, чтобы все получалось просто и легко. Но вот то, что я действительно могу — это помочь ему справиться и прожить все неизвестные жизненные переменные вместе.

Жизнь без мультиков

Сейчас Жене два с половиной года, и в какой-то мере эти размышления являются взглядом назад, рассказом о нашем опыте ухода от мультфильмов, о том, к каким результатам это привело.

Вернусь еще дальше, в первую Женину зиму. Ему месяцев десять, на улице жуткий мороз, одеться на улицу – очень проблематично. Он не может вынести процедуру надевания многочисленных слоев одежды, начинает хныкать, в итоге к тому времени, как мы готовы выходить – он плачет, какая уж там прогулка… Я не нахожу ничего более простого и действенного, чем включить ему мультик. Он как заколдованный тихонько стоит и смотрит на экран, я могу спокойно одеть его, себя и выйти на улицу. Это казалось довольно безобидным, хотя окулист на плановом осмотре конечно же сказал нам о том, что до трех лет – категорически никаких мультиков.

Как-то незаметно появился соблазн включить мультик и в других ситуациях. Наверное, очень распространена ситуация с едой: ну не хочет ребенок брокколи, отворачивается, а надо же полезным накормить. Включаешь мультик, и тарелка пустая «под шумок». Малышу счастье – мультик, маме счастье – овощей покушал. Я начала беспокоиться в тот момент, когда выключение мультфильма стало сопровождаться бурной реакцией негодования и гнева. Рано или поздно экран выключался, а последующий плач был еще хуже, чем был бы изначально, без мультиков. А дороги назад и не видно: как только Женя понимал, что будем, например, собираться на прогулку, занимал «исходную позицию» на просмотр, и если мои действия не оправдывали его ожиданий – бурный плач.

Прочитав много информации по этому вопросу (и поделившись своим видением здесь и здесь), в один день я собралась и решила для себя – все, так или иначе, с сегодняшнего дня без мультиков. Пришло время собираться на улицу, я подключила все свои ресурсы и увлекла сына тем, что он космонавт, и мы одеваем скафандр, и сейчас он полетит в космос и т.д. Все это обильно сопровождалось моими звукоподражаниями и всяческими отвлечениями. В итоге, у Жени, кажется, и секунды не было подумать над тем, что происходит и – о, успех! – он одет. Так, день за днем, я придумывала какие-то новые истории и он забыл о мультфильмах.

С едой было проще: не хочешь — ну не кушай. Голод ведь никуда не пропадает, поэтому никаких значимых проблем с питанием не возникло. Да, оно порой становилось более дробным: у сына не хватало терпения скушать всю порцию, он вылезал из стульчика. Но потом возвращался и доедал. Он мог играть у наших ног за столом и просто подходить за каждой следующей ложкой. Уже совсем потом я прочитала о том, что Никитины называли это «кормлением воробушка», и о том, что в таком возрасте подобное поведение за столом абсолютно нормально.

Постепенно во многих ситуациях, когда было бы очень легко отвлечь сына мультиками, мы стали читать книги. Очевидно, чтение гораздо приятнее для души и полезнее для развития. Отмечу здесь два важных наблюдения: чтение – это общение, и в отличие от просмотра мультфильмов помимо качественного общения малыш получает разные комментарии по тексту, которые гораздо полезнее, чем просто «мотать на ус» мультик. Чтение – это приятный ритуал, он способствует близости, успокоению, и конечно развивает мыслительные способности.

Каково наше отношение к мультикам сейчас, когда прошло уже больше года после того, как мы их «отменили»? Наверное, стоит сказать и о том, что телевизора у нас дома нет, то есть контакт ребенка с экраном вообще минимальный из всех возможных. Даже когда мы приходим в гости и там по телевизору крутится мультик — Жене по большей части все равно. Сейчас я могу включить Жене мультик в исключительных ситуациях: надо срочно и быстро собраться куда-то и времени на сборы нет, отвлечь сына от какой-либо потенциально болезненной процедуры у врача, или «приглушить» истерику в сложных ситуациях, когда я за рулем, а Женя по каким-то причинам устал и плачет в автокресле, и так далее.

То есть мультик – это всегда неожиданно, крайняя мера.

Был один непродолжительный период рецидива, когда мы стали показывать ему мультики про Мамонтенка и Винни Пуха, чтобы почистить зубы. Зубы — это святое, поэтому сначала отношение было, как к крайней мере, но со временем вошло в привычку, когда у Жени сформировалась устойчивая ассоциация между чисткой зубов и мультиками. Выход из ситуации мы нашли, купив ему соответствующие книги, и с тех пор — зачитали их до дыр!

Сейчас я вижу и более «поздние» плоды нашей стратегии: мы не заполняем Женино пространство мультиками, и он стал заполнять его собой. Иными словами, вместо пассивной позиции зрителя он занимает активную позицию изобретателя. Не постоянно, конечно – глупо было бы требовать этого от двухлетнего малыша – но достаточно часто. Он придумывает, фантазирует. Смотрю со стороны – игры разума, не иначе. Он манипулирует какими-то воображаемыми предметами, придумывает новые «функции» существующим.

В общем, у него тоже есть «другой» мир, просто свой, лично придуманный, не мультяшный. Мне кажется, что это очень здорово для развития и психического, и интеллектуального. И, как и следовало ожидать, он очень много читает. И это тоже очень здорово! В общем, не так страшен черт, как его рисуют. Жизнь без мультиков возможна! Я допускаю, что однажды я захочу включить ему мультик и расслабленно попить кофе в тишине, но я рада, что сейчас нам удается обходиться без этого. Думаю, в отношении мультиков, однозначно работает принцип: чем позже – тем лучше, и для души, и для разума.

Фото: Pierre B./Flickr по CC license